Конец стабильности



  
Конец стабильности

О начальственном хамстве и страшном стыде вместо страшного суда

Я не люблю говорить о больших начальниках. Не потому что их боюсь, а потому что любой разговор о них в итоге скатывается в сущую пошлость: за него или против, вместе с ним или вместо него. С Владимиром Путиным та же беда: всю свою сознательную жизнь я стараюсь избегать разговоров о нем — потому что любая дискуссия вокруг имени этого человека заведомо ведет к «срачу» — не более того. Но последние два дня — исключение.

Власть можно простить за многое. Любое ее действие будет заранее раскритиковано — сколь позитивным оно бы не было. Нельзя ее простить только за две вещи — молчание и хамство.

Буквально вчера я уходил из одного хорошего вуза, где пришлось долго разбираться с новым порядком в пропускной системе — туда подписать, здесь отметиться — и вахтерша, доброй души женщина, сказала очень верную вещь: «Главным у нас все равно остается охранник, гардеробщица. Не пустит — и все». Так вот, Владимир Путин — это тот самый охранник.

Я не понимаю, когда человек, считающий себя лидером нации, откровенно темнит, увиливает и лжет на глазах у всей нации. Я не понимаю, когда человек, считающий себя образованным, фамильярничает с журналистками, будто с секретутками. Я не понимаю, когда человек, который пришел в зал Центра международной торговли для того, чтобы дать ответ стране, общается с журналистами, как с подчиненными на селекторном совещании. Наконец, я не понимаю, когда человек, который по долгу службы обязан нести ответственность за страну, этого не хочет делать, но цепляется за трон до самого конца, говоря «Не дождетесь».

Можно сколько угодно рассуждать об низком уровне демократии в России, слабой свободе СМИ и практически никакой прозрачности органов власти. Но вчера всего этого у нас стало побольше благодаря нескольким журналистам, которые до конца исполняли свой профессиональный долг — получить внятный ответ на свой вопрос.

Но эта маленькая победа в последние два дня далась слишком большой ценой. По сути, с сегодняшнего дня для большой части здравомыслящих людей не существует Государственной Думы. А со вчерашнего дня для кого-то не существует и власти в целом. Потому что она по нелепой случайности расчехлилась — и забраться обратно в ракушку уже никогда не сможет.

Одно мне жаль. Коллеги вчера не задали Путину один вопрос: почему в России жизнь настолько дерьмовая, что слабые и беззащитные здесь умирают — и их приходится эвакуировать. И где в этом страшном уравнении «стабильность».

P. S. И еще. У меня есть несколько очень близких людей, которые работают волонтерами: помогают детям с ДЦП, с аутизмом — и, естественно, в детских домах. Это очень добрые и молчаливые люди, которые никогда не будут отвечать казенным языком о том, что «стольким-то детям оказана помощь». Они просто расскажут про брошенных и никому не нужных детей с улыбкой, с радостью, будут еще показывать фотографиии говорить, какие они хорошие.

Этих детей государство подчас только кормит. А остальным обеспечивают вот такие обычные ребята, которые не дают интервью и не любят светиться. И если бы кто-то из них захотел бы двинуть в лицо коллективному путину — никто бы не обиделся. Но они этого не сделают — им некогда, надо подарки для Нового года собирать.

Вот из-за этих людей мне становится очень стыдно за мое государство.